Рыжие ведьмы

Отец рассказывал, ежился, словно от холода, тянущего по ногам, потирал колени, будто они ныли, как у того средневекового священника. Он мелко потряхивал собранной в щепоть ладонью, точно посыпал песком буквы и коротким резким выдохом сдувал, прищуриваясь, чтобы не попали песчинки в глаза.

Дочь поджала ноги в кресле, затаилась как мышь и дышала через раз, боясь пропустить хоть слово. Перед внутренним взглядом одна за другой разворачивались картины истории.

- И сказал магистр: Пусть каждый из вас войдёт в дом и убьёт всех, кого бог поставит под меч, и будет благословение на нём и греха не будет… И вышли тысяча и сто рыцарей, на которых пал выбор, к городу. Закатное солнце горело на крылатых шлемах. Глаза в прорезях горели беспощадным огнём. Они вошли и… плавали в ручьях крови, убивая каждого встречного… и хохотала звоном мечей ночь…

Отец выпрямился, простёр руку с растопыренными пальцами, словно посылая в атаку бесчисленные войска.

И тут заметил возле открытой двери замершую женщина. Она прикрыла рот обеими ладонями, зелёные глаза распахнулись в ужасе. Рыжие волосы волной рассыпались по плечам.

- Но рыжие ведьмы сели на мётлы, улетели далеко-далеко, где спаслись от злобных недругов, – сказал отец, показывая рукой полёт и помахав, словно прощаясь с теми самыми ведьмами. Широко улыбнулся и притянул женщину к себе, она сразу же обняла, прижалась щекой к груди.

- Мама! Ну, папа же историю рассказывает, не мешай! – воскликнула девочка.

- Надо же… Зачем такую жуть рассказываешь девочке? И вообще… Гришка девятка? В те времена, цифры были вообще римские. Вроде бы…

- Не помню, если честно, какие цифры, но я рассказываю так чтобы запомнила, а для цифр другую историю придумаю. Да и наверняка кличка у того папы римского какая-то в народе была, – сказал чуть смущённо Александр.

- Мама, я вообще имена и цифры не запоминаю, а когда он рассказывает вот так, – девочка помахала руками, тараща глаза, – то всё помню потом!

Губы капризно изогнулись, она вскочила с кресла и упёрла руку в бок.

- Хватит, Саяна! Теперь я его забираю! – заявила женщина, изогнув губы и уперев руку точно также.

Отец расхохотался, ухватил обоих в охапку и звучно нацеловал в щёки, отпустил лишь дождавшись пока обе не начали со смехом вырываться.

Потрепал дочь, по торчащим в какой то модной причёске вихрам, вышел вместе с матерью в другую комнату. Она тут же повисла у него на шее, подогнув ноги. Губы встретились. Она прошептала:

- Пойдём, Саша, добудем сокровище, а то я без тебя не могу ту расщелину пройти. Там такой мерс-ский паукан сидит, с ужасными такими этими…

- Хелицерами?

- Да! Ими самыми.

- Ну пойдём. Не зря же я паладина прокачал до восьмидесятого уровня.