Спасательная операция

Двигатель вертолёта натужно подвывает. Раздавленный лопастями винта ветер хлопает тяжело, словно снаружи выбивают гигантское одеяло. В объектив болтающейся камеры влипают пригоршни снега и воды, их мокрая круговерть стекает под напором воздуха в сторону.

На треть кадра громоздится обтянутое оранжевой резиной плечо. Из открытой в чёрную бездну двери плеснуло как из ведра. На пару мгновений в кадр изогнувшейся камеры попало яростное лицо Сумарокова, он что-то отчаянно кричит, в сторону задирающихся всё выше кресел пилотов.

В кадр попал рулон, проносящийся мимо, Сумароков выбросил вперёд руку и рулон развернулся вихляющей в воздушных потоках лестницей, ступеньки унеслись вниз в туманную кипень. Воротник врезался в жилистую шею, надулись вены. Спасатель лихорадочно огляделся, но похоже, прикрепить не к чему. А сиденья пилотов уже почти над головой. Рот Сумарокова вновь открылся в крике, но его не услышала даже видеокамера. Снизу дёрнуло – спасателя швырнуло вниз, мокрые кругляши лестницы едва не вырвало из ладоней. Вторая рука мигом поднырнула под ступеньку. Рубчатые ботинки растопырились – уткнулись в края дверного люка. Каблуки зависли над пустотой. Лестница подёргалась, как живая, но вскоре словно смирилась, замерла натянутая вниз.

Но вот ещё рывок, пальцы, стиснувшие верёвку побелели и пошли короткие рывки, не резкие, однако от этого спасателю явно не слаще. Моргающая лампа выхватила исказившееся лицо, затылок прижатый к металлическому пупырчатому полу, ставшему стеной. Короткое затишье и снова рывок уже совсем тяжёлый, неторопливый, как поклёвка гигантского сома.

Сумароков прокусил губу – кровь плеснула, побежала по подбородку. Рот беззвучно разевался, рёв лопастей и ветра уносил его слова, он закатывал глаза, пытаясь посмотреть, вверх, где потряхивало узкие откидные скамейки.

Александра самого затрясло, ну где же помощь? Спасательная операция, но почему он один и почему ему никто не поможет?!

Наконец четвёртый рывок, почти невидимый, но очень ощутимый – ноги Сумарокова дрогнули, начали неумолимо сгибаться. Из под мокрой верёвки, врезавшейся в запястья, побежало тёмное. Глаза закатились, дыхание пошло резкое, короткое. Лицо исказилось так, что невозможно смотреть без содрогания. Хотелось самому крикнуть, да брось идиот, и тебя утащат эти болваны, повисшие гроздью на лестнице.

А дыхание всё реже… Понятно – каждое требует немного силы. А сил всё меньше. Но и без дыхания невозможно держать. Пол медленно выровнялся, но лучше не стало спасатель все силы сконцентрировал только на держать, и дышать. Почему же не выйдет на связь? Гроза блокирует?

Но вот в кадре мелькнула ещё фигура, сверкнули узкие глаза-маслины. Помощник попытался перехватить верёвку, пальцы побелели, глаза вовсе зажмурились от усилия. Он что то крикнул лежащему в ухо и покачиваясь исчез.

Тик-так, Александр физически почувствовал, что спасатель лежит и уже может только считать пульс. Даже не пульс – секунды, пульс у него сейчас наверняка молотится на запредельных скоростях.

Но вот китаец вновь появился. И ещё человек в пилотском шлеме. Они зашли с двух сторон, ухватили лестницу, потянули – скользкая деревяшка вывернулась из скрючившихся пальцев Сумарокова рывок и… она исчезла во тьме, злорадно махнув на прощание.

Помощники лишь вытаращили глаза друг на друга, но потом не сговариваясь, ухватили лежащего за согнутые руки и оттащили от края. Воротник загнулся, металлические пупырышки пола, как напильник, сдирают кожу на шее.

«Пилотский шлем» решительно лязгнул дверью, разом отсекая громкие звуки и покачиваясь убежал к сиденьям.

Ноги у Сумарокова так и остались полусогнутыми, как у поваленной статуи. Губы зашевелились:

- Почему они не поднимались, Ли? – прохрипел он.

- Понятно почему, устали, наплавались. Сорок минут в ледяной воде. Повисли и ждали когда поднимут. Откуда им было знать, что механическая оторвалась и сегодня лебёдка живая?

- Но ведь элитные коммандос…

- Да, какая разница. Всё равно ещё минут двадцать и, как говорят фашисты, всем бы конец… как ты их держал только – без малого полтонны. Вон как скрючило, – он попытался разогнуть согнутый когтем палец спасателя, но не смог…