Виртуальный образ

- Пойдите к чёрту! Зачем ваши проводники вообще за мной гонялись?

- Никто за вами не гонялся. Человек не стабилен, в период усиления эмоций и нельзя оставлять трансформирующегося без присмотра! Но и нельзя держать взаперти, нужны события и переживания!

- Так почему нельзя было это всё заранее сказать?

- Потому, что всё должно быть по-настоящему, иначе мозг принимает это лишь за шоу и чипы не активируются!

Спокойный Боков кричал, потрясал кулаками. Это мигом взвинтило нервы, словно порыв ветра подхватил бумажную салфетку, что понеслась ввысь. Александр уже, ощущал как сам кричит брызгая слюной, а сквозь крики пытается пробиться рыдание, наворачиваются слёзы… А в ушах грохочет:

- Что тебе вообще сделал этот носатый. Чем так прогневил? При первой встрече ты сломал ему нос и половину лицевой кости, однако он весельчак и душа компании, лишь махнул рукой и превратил в шутку. И когда было сказано присмотреть за тобой полетел, не сомневаясь ни секунды!

- Ничего он не присматривал, только всё портил! И почему вы соврали про Сумарокова?!

- Соврал? Я же сказал, что это виртуальный образ!

- Какой виртуальный. Я с ним вместе в батискафе задыхался!

- Да, конечно есть спасатель Сумароков и представлена серия записей из его жизни. Но подборка была виртуальная, для примера! Как если бы он был настоящим кандидатом, не можем же мы вот так просто всем непосвящённым говорить о реальных! Ты сам убедился, своими идиотскими действиями, как глупо влезать в продуманную и рассчитанную систему.

Реальных кандидатов в трансчеловеки мало и мы не можем позволить встревать, человеку только начавшему трансформироваться. Тому кто ещё не освободился от связей с людьми.

Тебе нужно оторваться от человечества. Ты сам себе человечество. Сосредоточься на своих внутренних функциях, только они сейчас важны. Привязка, взаимодействие эмоций, испытание режимов дозировок эмоций, рассмотрение новых комбинаций.

Александр стиснул край стола, напряг бицепсы, пальцы, плечи, грудные мышцы. Почувствовал как напряглась шея. Статическое напряжение должно помочь переключиться… Как быстро куратор перескакивает, поворачивает с одной темы на другую. Прямо езда с горы на лыжах… не помню как называется, но спортсмены проезжают между флажков, стараясь не зацепить…

- Но как же забыть то? Я не хочу забывать о человечестве.

- Мотивационный бред никого не интересует… Повторяю, сосредоточься, иначе мозг не примет чипы, как часть себя и они будут лежать мёртвым грузом в голове. Ты стоишь один перед Вселенной. Космическая пустота вокруг, не на что опереться, не на кого надеяться. Это и не нужно. Всё что необходимо в тебе есть!

Не смотри на себя тысячами известных тебе глаз. Они мешают, цепляются, держат. Это твоя жизнь и это твоё дело, что с тобой происходит. Оно не касается абсолютно никого.

Накал голоса куратора снизился, однако слова теперь звучали обрекающее и веско. Они достигали глубин сознания, и как маленькие ртутные шарики раскатывались по извилинам. Александр ощущал их массу, видел, что они верны, хотя продолжал спорить, его доводы таяли как куча снега под солнечными лучами. И так же постепенно белоснежные, безжалостно превращалась в грязную мокрую кучку. Понимание что он ничего не понимал.

Напоследок, Александр спросил:

- Так того… Жана Шнобеля можно вылечить?

- Нет. Он подвергся воздействию такой дряни что медицина бессильна. К счастью она живёт лишь в воде и не найдя носителя быстро гибнет, а то бы уже кричали о эпидемии. Носатый же существует – кости постоянно пожираются, но тут же регенерируют. Равновесие. Возможно ему придётся помучаться много лет прежде чем победят эту болячку.

Последние слова куратора уже холодные и спокойные, как арктический воздух, долго звучали в сознании. Александр вновь и вновь прокручивал обвинения, пытаясь понять за что возненавидел этого носатого. И, уже не находил. Только внешность, да бомжовские повадки при первой встрече, да и на них наслоилось омерзение от его работы проводником. Следом же, он стал центром придуманной опасности, грозящей Сумарокову, тогда как всего лишь пытался выгнать самого Александра из опасной зоны. Смесь инстинктов, ощущений и домыслов заставили фактически убить. А скорость же мышления и дополнительные возможности лишь заставили не пойти, а побежать неверным путём.